Внимание! Вы используете устаревшую версию браузера.
Для корректного отображения сайта настоятельно рекомендуем Вам установить более современную версию одного из браузеров, представленных справа. Это бесплатно и займет всего несколько минут.
Попробовать Оформить подписку
Попробовать Оформить подписку
Частный исполнитель vs государственный: конкуренты или партнеры? Проблемы взаимодействия и опыт совместной работы
Алексей Соломко, адвокат, советник, ADER HABER

Недавно отмечали полтора года начала функционирования института частных исполнителей в системе принудительного исполнения решений в Украине. В общем восприятии такой срок еще незначителен, даже меньше от среднесрочных бизнес-проектов. Однако за это время институция частных исполнителей уже заняла свое место в сознании украинского обывателя. А потому, когда речь идет о системе принудительного исполнения решений в Украине, необходимо обязательное уточнение – государственная или частная.

Необычность статуса, или Затянувшийся эксперимент

В отличие от большинства европейских стран, где решения судов исполняют либо государственные, либо только частные исполнители, Украина выбрала смешанную модель организации принудительного исполнения решений. Однако такой выбор должен иметь фундаментальное значение, ведь страна концептуально определяется со стратегией государственного управления – необходима ли определенная сфера государственного управления (наряду с необходимостью функционирования соответствующего государственного аппарата) или устанавливаются только правила работы в конкретной сфере, функционирование которой может быть обеспечено непосредственно участниками таких отношений. В последнем случае функция управления сводится лишь к мониторингу соблюдения установленных правил и коррекции необходимого поведения путем их уточнения.

Если примерить это обобщение на систему принудительного исполнения решений, то в Украине превалирует государственная система принудительного исполнения решений. Общая численность работников органов государственной исполнительной службы составляет почти 8000 человек (постановление КМУ от 08.09.2016 г. № 620). Понятно, что простая координация работы такого количества работников требует наличия разветвленного аппарата государственного управления. Поэтому система организации контроля имеет выстроенную вертикаль подчинения, которая и обеспечивает (должна обеспечивать) эффективное выполнение возложенных на систему задач.

Параллельно была создана система принудительного исполнения решений частными исполнителями. Она не имеет предельной численности (по крайней мере сейчас), не имеет аппарата управления и, соответственно, вертикали подчинения. В то же время эта система обеспечивает исполнение возложенных на нее задач по организации принудительного исполнения решений. И, как свидетельствует опыт, эти задачи выполняются довольно эффективно.

Однако на фоне численности государственной системы органов принудительного исполнения решений количество частных исполнителей по Украине пока составляет немногим более 160 человек (менее 2 % от численности государственных исполнителей). Такая диспропорция доказывает, что институт частных исполнителей фактически не вышел за стадию эксперимента, а потому определение окончательного варианта модели принудительного исполнения решений в Украине останется для будущего (будем надеяться, что ближайшего).

Отличия в полномочиях государственных и частных исполнителей

Если проанализировать содержание законодательства об исполнительном производстве, можно сделать убедительный вывод, что государственные и частные исполнители имеют почти одинаковый объем полномочий при исполнении решений судов. Слово "почти" касается лишь наличия у государственных исполнителей отдельных полномочий по применению санкций к должнику в случае исполнения решений о взыскании алиментов. В остальных процессуальных полномочиях государственные и частные исполнители полностью равны.

Частный исполнитель наравне с государственным имеет право арестовывать средства и имущество, описывать, изымать его и реализовывать. Требования частного исполнителя равноценно обязательны к исполнению всеми физическими и юридическими лицами, в частности органами власти и их должностными лицами.

С другой стороны, по отдельным процессуальным вопросам государственный исполнитель должен согласовывать свои действия с начальником отдела, которому он подчиняется. Кроме вопросов текущего контроля начальник отдела согласовывает вопросы распоряжения средствами исполнительного производства и дачи поручений другим государственным исполнителям на проведение проверки имущественного состояния должника. Также начальник отдела наделен полномочиями отменить любой процессуальный документ, вынесенный государственным исполнителем в исполнительном производстве.

В то же время не следует забывать и об определенной законодательством необходимости засвидетельствования многих процессуальных документов исполнительного производства путем скрепления их печатью. Но в отличие от частного исполнителя, который имеет собственную печать, государственный исполнитель такой печати не имеет, а потому вынужден использовать печать отдела, в котором он работает. Печатью распоряжается начальник отдела, поэтому фактически, проставляя на процессуальных документах печать, государственный исполнитель согласовывает свои действия со своим начальником.

На этом отличия в процессуальных полномочиях частных и государственных исполнителей заканчиваются.

Разница в подведомственности исполнения

Если не учитывать отдельные процессуальные нюансы, составляющие отличие в процессуальных полномочиях государственных и частных исполнителей, можно отметить также наличие разной подведомственности исполнения решений. Например, частные исполнители, в отличие от государственных, не могут исполнять решения в отношении должников с государственной и коммунальной формами собственности, решения в отношении детей, а также решения о вселении и выселении. Кроме того, частные исполнители не вправе исполнять решения, по которым взыскателем является государство, а также решения административных судов.

Вероятно, именно отличием в подведомственности исполнения можно объяснить установленную необходимость осуществления прямого управления деятельностью государственных исполнителей. Однако в этом случае вполне логичными являются вопросы: имеет ли процессуальные отличия процедура принудительного взыскания с должника государственной формы собственности от процедуры взыскания с должника негосударственной формы собственности? Или существует ли разница в процедуре исполнения по взысканию в пользу государства и в пользу физического лица?

Как свидетельствуют законодательные нормы, сама процедура взыскания для всех субъектов единая, без каких-либо исключений.

О взаимодействии и противодействии

Система органов принудительного исполнения решений в теории всегда воспринимается как единый институт, все составляющие которого действуют согласованно для достижения единой цели – исполнения решений судов и других органов. Однако это в теории, а на практике между государственными и частными исполнителями существуют перманентные конфликты интересов.

Первые конфликты касались правильного подхода в применении статьи 30 Закона Украины "Об исполнительном производстве" – особенности исполнения нескольких решений в случае поступления на исполнение нескольких исполнительных документов в отношении одного должника. В частности, в течение 2017 – 2018 годов шел резонансный спор касательно возможности исполнения решений о взыскании с одного должника средств одновременно государственными и частными исполнителями. В конечном итоге 05.12.2018 Большая Палата Верховного Суда в постановлении по делу № 904/7326/17 определила: "Частный исполнитель не обязан передавать исполнительный документ или исполнительное производство для исполнения тому государственному или частному исполнителю, который первый открыл исполнительное производство в отношении должника, для исполнения нескольких решений в отношении одного должника в рамках сводного исполнительного производства".

Фактически Верховный Суд признал возможность одновременного проведения исполнительных действий в отношении одного должника и государственным, и частным исполнителем. И, как доказала практика, частные исполнители начали обгонять государственных в скорости обращения взыскания на имущество должника.

Итак, действующее законодательство не ограничивает в передаче на реализацию имущества, арестованного другим исполнителем. Например, в случае выявления у должника недвижимого имущества, арестованного государственным исполнителем в 2015 году по одному исполнительному документу, частный исполнитель по другому исполнительному документу также налагает арест на это имущество, но уже в 2019 году. Впоследствии частный исполнитель передает это имущество на реализацию, средства от которой будут направлены для удовлетворения требований взыскателя частного исполнителя.

Понятно, что при такой ситуации не решается проблема удовлетворения требований взыскателя, оставшихся у государственного исполнителя, который не виноват в том, что государственный исполнитель своевременно не предпринял действия по обращению взыскания на выявленное имущество должника. Единственным вариантом защиты интересов для такого взыскателя будет передача исполнительного документа для исполнения тому частному исполнителю, который уже проводит взыскание на выявленное имущество должника.

Однако на этом этапе возникает проблема передачи исполнительного документа, поскольку ее можно осуществить только путем завершения исполнительного производства у государственного исполнителя, предварительно подав ему заявление о возврате исполнительного документа без исполнения. Проще было бы определить возможность передачи собственно материалов исполнительного производства. Такая норма предусмотрена в Законе Украины "Об исполнительном производстве", но она вступит в силу только после внедрения Единой судебной информационно-телекоммуникационной системы. Хотя в чем, по мнению законодателя, прослеживается логическая связь между внедрением этой системы и возможностью передачи материалов исполнительного производства – понять сложно.

Еще одним вариантом согласования приведенной проблемы является внедрение так называемой "литовской модели", по которой взысканные с должника средства могли бы автоматически распределяться в АСИП (автоматизированная система исполнительного производства) между всеми взыскателями (независимо от того, у какого исполнителя находится исполнительное производство, и независимо от желания других исполнителей проводить взыскание). Именно в этом и могло бы отразиться единство работы всех звеньев системы принудительного исполнения решений – каждый исполнитель вносит свой посильный вклад в исполнение решений в отношении одного должника. Однако Минюст, в ведении которого находится АСИП, заинтересованности в реализации такой модели пока не проявил.

Исполнительный сбор vs вознаграждение

Несмотря на фундаментальную цель исполнительного производства – исполнение решений суда, большинство государственных исполнителей на первое место ставит взыскание исполнительного сбора. Так же, по экономическим соображениям, и частные исполнители основной приоритет своей деятельности часто усматривают во взыскании основного вознаграждения. Возможно, такой подход, наряду с другими законодательными ограничениями, способен стимулировать должника к самостоятельному исполнению решения.

Однако в случаях, когда взыскатель в целях дополнительной стимуляции правомерного поведения должника решит передать исполнительный документ от государственного исполнителя частному, закон не исключает возможности одновременного взыскания с должника по одному исполнительному документу и исполнительного сбора, и основного вознаграждения.

Почему это так? А потому, что, несмотря на единую правовую природу обоих понятий (это фактически санкция для должника за неисполнение решения добровольно), законодатель определил исполнительный сбор как общеобязательный платеж, а вознаграждение частного исполнителя – как экономическую цель его деятельности. При этом случаи невзыскания исполнительного сбора не тождественны случаям невзыскания основного вознаграждения частного исполнителя.

Единственная норма, которая определяет, что основное вознаграждение частного исполнителя взыскивается в порядке, предусмотренном для взыскания исполнительного сбора, касается только стадии распределения взысканных с должника средств (статья 45 Закона Украины "Об исполнительном производстве"). А на практике неединичны случаи, когда должник по одному решению уплачивает и исполнительный сбор, и основное вознаграждение частного исполнителя.

Закон один – толкование разное

И государственные, и частные исполнители, имея одинаковый объем процессуальных полномочий, в своей деятельности руководствуются одними нормативными актами. Однако, как свидетельствует практика, подходы к пониманию этих актов у государственного и частного исполнителей совершенно разные. В частности, государственные исполнители имеют устойчивую юридическую традицию, поддерживаемую авторитетом единого коллектива, а потому нарушение ее может рассматриваться как вызов всему профессиональному сообществу.

Вместе с тем частный исполнитель связан единственным внешним авторитетом в применении норм закона – судебной практикой. При этом часто устоявшаяся правовая традиция органов государственной исполнительной службы отличается от судебной практики.

Для примера можно взять давно известный спор о возможности проведения описи недвижимого имущества должника только по данным технической документации без фактического проникновения в помещение. Предыдущая традиция, сложившаяся в работе государственных исполнителей, однозначно требует необходимости такого проникновения. Осведомленность должников с этой традицией является одним из способов препятствования исполнению решения суда путем создания преград в допуске в помещение. Однако определением от 13.12.2018 г. по делу № 636/620/18 Верховный Суд подтвердил правомерность действий исполнителя по проведению описи помещения без проникновения в него.

Хотя это один из примеров, однако на практике их множество. А единственным критерием определения правильности того или иного методических подходов в процессе исполнения решения должны быть эффективность и результативность исполнения.

От конкуренции до партнерства

Как говорилось в начале, мизерная численность частных исполнителей пока не может составлять конкуренцию государственным. Хотя отдельные категории взыскателей (в первую очередь банковские и другие финансовые учреждения) единогласно приняли решение о сотрудничестве исключительно с частными исполнителями. Основную роль в этом выборе сыграл удачный опыт оперативности в работе и экономический стимул для частных исполнителей – достичь положительного результата, являющегося основанием для получения вознаграждения.

Однако такая ситуация не может продолжаться долго, ведь на определенном этапе государству придется проанализировать результат работы частных исполнителей и окончательно определиться с конечной моделью системы органов принудительного исполнения – государственная или частная. Даже если будет выбрана смешанная модель, то по крайней мере пропорциональная численность обоих видов субъектов исполнения должна соответствовать принципу "50 % на 50 %". И только в этом случае возможно создать систему партнерства в работе. Такое партнерство обязательно будет включать совместное проведение исполнительных действий в отношении одного должника, применение единой методики в процедуре исполнения и введение принципа равенства в статусе субъектов исполнения.

Но все это – дело ближайшего будущего, пока же эксперимент с внедрением института частных исполнителей в Украине продолжается.

_____________________________________________
© ТОВ "ІАЦ "ЛІГА", ТОВ "ЛІГА ЗАКОН", 2019

У разі цитування або іншого використання матеріалів, розміщених у цьому продукті ЛІГА:ЗАКОН, посилання на ЛІГА:ЗАКОН обов'язкове.
Повне або часткове відтворення чи тиражування будь-яким способом цих матеріалів без письмового дозволу ТОВ "ЛІГА ЗАКОН" заборонено.

Получить полный доступ ко всем номерам и статьям издания Вы сможете оформив подписку на электронное издание ЮРИСТ&ЗАКОН
Контакты редакции:
uz@ligazakon.ua